olhanninen (olhanninen) wrote,
olhanninen
olhanninen

Categories:

Дама с собачкой по-блокадному

Очень многие вещи мне представить дико. Например, что в Питере 60 лет назад вешали людей на улицах. Пусть полицаев, предателей родины или оккупантов. Все равно дико.

А вот, говорят, - вешали. И даже приводят свидетельские показания и постановление правительства.

Маму с тетей я сейчас расспросить об этом не могу, они неважно себя чувствуют, еще расстроятся. Попробую найти удобный момент, тогда и спрошу. Хотя... какой момент для этого может быть удобным?..
Но зато - под катом - расскажу как я выясняла, ели или не ели людей в блокаду.
Хотя... что мы, собственно: 150 лет назад, так вообще все крепостные были.


Мой муж тут недавно сказал, что что-что, а вот он бы никогда людей есть не стал. То есть его, конечно, никто, во-первых, не уговаривал, а во-вторых, за язык не тянул. Это мы с ним о принципах и держании слова беседовали. А он точку решил поставить в этой пустопорожней болтовне. Что, мол, у него конкретно принципы есть и он никогда от них никуда. Например, такой принцип. Чтобы людей не есть. И уснул сном праведника, тихонечко похрюкивая. Он, правда, всегда так спит и сразу засыпает. А я задумалась, завидуя. Потому что вырубаюсь только спьяну, а на трезвую голову обычно засыпаю плохо, медленно и часто просыпаюсь.

И вспомнился мне случай из детства. Я всегда очень гордилась тем, что, когда отмечались даты прорыва и снятия блокады Ленинграда, мои мама и бабушка по приглашению руководства школы выступали с трибуны в актовом зале перед общешкольным собранием и скромно рассказывали о своем трудовом подвиге в тылу во время борьбы с фашизмом в Великой Отечественной войне. О том, как голодали: 125 блокадных грамм хлеба в день и - все, замерзали: всю мебель сожгли в жестяных печках-буржуйках, потому что отопление не работало, воду из Невы носили, потому что не работал водопровод, но из последних сил работали на благо Родины целых 900 дней без выходных. Бабушка даже из Военно-медицинской академии перешла работать на завод, чтобы приносить больше пользы, а мама с десяти лет работала по четыре месяца летом на морковно-картофельных полях, которые разбивали прямо в центре города, а в остальное время отлично училась в школе.

Мало у кого из детей были такие героические бабушка и мама, как у меня. Поэтому другие дети мне завидовали, а я воображала, задавалась и задирала нос... И однажды одна девочка сказала: "А в блокаду ели людей". Она сказала это, глядя не на меня, а как бы в окно, и шепотом. Но рядом. Я набросилась на нее с кулаками: "Ты что, как ты можешь?! Они - герои, спасли наш город от фашистов, сколько погибло, даже дети, а ты такое говоришь - людей ели!" Она посмотрела на меня с ненавистью и ответила: "Врешь ты все, ничего такого я не говорила. Это ты на меня наговариваешь. Сама бы постыдилась". Мы с ней пререкались до конца перемены, другие дети подзуживали, дразнили меня "людоедкой" и смеялись, показывая на нас пальцами, а после уроков эта мелкая провокаторша, показав мне язык и покрутив пальцем у виска, убежала домой.

…О чем думает маленькая девочка, школьница, второклассница, когда тащится из школы домой? Именно не идет, не бежит, а - тащится. Когда на лице у нее гримаса сосредоточенно-тупого отвращения, глаза ничего вокруг не видят, она пинает портфель или камушек, пылит, шаркая подошвами, с плеча сползает лямка фартука, пальтишко надето криво, расстегнуто или застегнуто не на те пуговицы, колготки на коленях висят пузырями, а из полурасплетенных косичек во все стороны торчат светлые волосики…
"Все же - ели или не ели? И как спросить? Нельзя же сказать, что девочка сказала - это же ябедничество. Могли есть, если ничего больше не было. Ужас, мои бабушка и мама могли… Нет, мои, конечно, не могли, но их кто-то мог захотеть съесть, вон бабушка какая толстенькая."

Сказала, что в магазине в очереди услышала. В молочном. Когда вчера за кефиром посылали. Пришлось все четко придумать, во всех подробностях. Допрашивали с пристрастием, возмущались так, что я подумала, а вдруг… Они похоже возмущаются, когда считают, что я плохо себя веду, или с папой ссорятся, но это же не значит, что мы с папой врем. Опять про героизм рассказывали, про то, как все во всем помогали друг другу и соседям, какие все хорошие были, что никогда даже не ссорились, не кричали. А сейчас почему же кричат?

И тогда я спросила про животных - про собачек и кошечек. Чем их кормили, когда самим есть нечего было. Замялись. Сказали, что животных всех усыпили, что плакали, жалели. Но не могли видеть, как они мучаются и - усыпили. Укольчиком. Не больно. Хотя…
- "Были случаи, были," - сказала мама. - Бабушка укоризненно покачала головой. - "Она уже большая девочка и должна знать правду, сказала мама." - "Верочка, может, не надо," - скривилась бабушка. - "Нет, я расскажу," - сказала мама. - "Мы жили в восемнадцатикомнатной квартире, начала мама. (Кстати, у меня с этими восемнадцатью комнатами из песни Высоцкого - какая-то мистика. Я тоже жила в восемнадцатикомнатной квартире, правда недолго и в другом районе города, когда ушла от родителей и сняла свою первую комнату. Там не было даже ванной, умывались на кухне, зато туалет был большой, но - один.) В каждой комнате жила семья - где пятеро, где трое, где семеро, а где один - в каждой комнате, - ты понимаешь, Оленька, как нам теперь повезло, что мы живем впятером в трехкомнатной квартире. В одной семье была собачка, беспородная, да, мама? Беленькая такая, я с девочкой из той комнаты дружила, мы иногда вместе с собачкой гуляли. А в другой комнате жила злая одинокая старуха, со всеми ругалась, на детей кричала и вообще противная. У нее была такса. Когда началась блокада, к зиме, родители моей подружки решили свою собачку усыпить, мы так плакали, пошли все вместе к ветеринару, моя подружка так плакала, что ее папа даже на руки ее взял, хоть она и была большая девочка, как ты сейчас, а он инвалид одноногий, а потом мы собачку похоронили в парке рядом. А старуха-злыдня свою таксу съела. Ее и до этого никто терпеть не мог, а так - вообще разговаривать перестали и даже не здоровались. Да, были и плохие люди, чего скрывать, но чтобы - людей?! Гадости и глупости, мерзость какая такое говорить!"

Про этих собачек я потом слышала еще несколько раз. Мама рассказывала ее детям моей сестры и моему сыну, да и мне, когда вспоминала блокаду. Я привыкла к этой истории, но как-то мимоходом проскользнула невнятная мысль и я спросила: - "Мама, а вы в блокаду на общей кухне готовили?" - "Конечно нет, доченька, ведь дров-то не было, к чему топить плиту на кухне, когда в своей комнате и еду приготовишь и обогреешься одновременно." - "То есть вы не видели, как старушка свою собачку ела?" - "Нет, но об этом все знали, вот моя подружка на глазах у всех, вместе со мной и с родителями понесла собачку усыплять, а старуха эта, куда же она собачку дела, была собачка, лаяла, и - нету. А из ее комнаты жареным пахло, все об этом говорили." - "А старушку вы не спрашивали о том, что она с собачкой-то сделала?" - "Ой, больно надо связываться. Она такая язва была, ей только дай прицепиться, матерщиннице, ругалась так, что даже детей не стыдилась, похабница." - "Мам, а ты после блокады встречалась с соседями по коммуналке, вы дружили, дружите?" - "Что ты, милая, они же все умерли." - "Все? Когда?" - "Да тогда же и умерли, в блокаду. Только мы выжили и Ивачевы. Это семья другой девочки, Лиды. С ней да, дружили, до сих пор перезваниваемся, встречаемся иногда, а ты помнишь, сама в детстве дружила с Аллой, ее дочкой, еще на дачу вместе ездили, она теперь в Германии живет, замуж вышла, работает по специальности, биолог." - "Мама, а как же все-таки вам-то удалось выжить, как?" - "Да все продали, постепенно продавали все, что осталось у дедушки с бабушкой, у твоих прадедушки и прабабушки, от той жизни, дореволюционной, я же рассказывала тебе, как на золотые часы-луковицу дедушка буханку черного хлеба выменял. Принес домой, а там - вода, отжали - всего ничего и черный как уголь, плакали, дедушка от голода очень плакал, стонал все время и плакал, особенно по ночам, и строго следил, чтобы сковородку мы с ним по очереди лизали, и мама мне только потихоньку от него свои кусочки хлеба совала, чтобы он не видел, а то он обижался и плакал. Потом твоя бабушка в столярный цех устроилась, приносила домой столярный клей, мы его варили и ели." - "И старушка умерла?" - "Я же тебе говорю: все, кроме нас и Ивачевых." - "Мама, а как Ивачевы выжили?" - "Да та же, девочка моя, так же как и мы. Мебель всю из красного дерева сожгли, все, кольца, серьги, браслеты, картины, фарфор, все продали, что от родителей осталось, жалко было, последнее, вот у нас только битое, вазочки да чашка, что не взяли, сохранилось, маме с бабой Дуней, твоей прабабушкой, ты ее помнишь, она умерла, когда тебе пять лет уже было, ой, да до слез жалко было, прощались как с родным, а что делать, жить-то надо было как-то, выживать"…

Сейчас много пишут о блокаде, о том, что все-таки ели. Что у замерзших на улицах людей отсутствовали филейные части. - Странно, какие филейные части могут быть у отощавших от голода скелетов? Их соскребали, что ли? Вы когда-нибудь резали замороженное мясо? - И о том, как обжиралась партийная верхушка в Смольном. Что какого-то летчика расстреляли за то, что персики - или ананасы? - испортились потому, что из-за бомбежек он не доставил их вовремя. Шинель, шинель: то ли он, то ли у него, но что-то с шинелью (или капотом?), короче - с верхней одеждой, - но точно было. Только вот что…

Может, мой муж это просто так сказал, про поедание людей. Потому что сейчас эта тема стала особенно популярна: один немец дал по интернету объявление, что съест человека с его согласия. Несколько откликнулось, он выбрал самого аппетитного и съел. Тоже немца. И на видео заснял. Как отрезал у мужика член, зажарил и с ним - уже безчленным - вместе это жаркое съел, еще немного помучил, убил и доел. Голливуд с Томом Хэнксом (или Крузом?) фильмец про это дело собирается сбацать, а во всех виртуальных, бумажных и телевизионных масс-медиа до сих пор мелькает его ослепительная улыбка с очень красивыми блестящими белыми зубами. Скорее всего, настоящими…
Может, он это сказал, чтобы я не подумала, что все европейцы такие - в принципе людей могут есть, что у них совсем ничего святого?.. Нужно же ему было хоть что-то сказать про свои принципы! Я имею в виду, что ему очень хотелось найти что-то такое, что я бы уж точно не поставила под сомнение. Что-то очень хорошее и основательное. Типично финское. Чтобы я не сказала: "А вот помнишь, тогда-то и тогда-то ты почему-то так не поступил, а поступил прямо наоборот…" Так вот он не ел, не ест и не будет есть людей - и хоть я тресни, но обратного не докажу. Надо же, нашел-таки отмазку, свинюшка.

Я - как все, тоже слегка заинтересовалась каннибалами, и недавно прочитала в одной научно-популярной статейке, что наши далекие предки каннибализмом заниматься перестали не просто так. Что вообще-то людей есть вредно. Это показали многочисленные современные научные исследования на диких африканских племенах: те, которые людей едят, чаще болеют и умирают. Потому что в мозгу человека есть вредные вещества. И в теле тоже. Для других - это уж точно. Что человек человеку вреден для здоровья. По крайней мере - в качестве пищи. То есть предки об этом научно не знали, но, вероятно, так же, как в случае инцеста, жопой чуяли в процессе естественного отбора. Потому и прекратили заниматься этими делами.

Но иногда вдруг подумается, что, может, их гуманнее убить и съесть, рискуя собственным здоровьем, чем мучить? Или это все-таки излишняя жертвенность?

Мои посты про блокаду:

1. Блокада: аутентичность понятия: детские воспоминания моей мамы - 2.3 (разведчики, шпионы, пленные)
2. Блокада: аутентичность понятия: детские воспоминания моей мамы - 2.2 (не только еда)
3. Блокада: аутентичность понятия: детские воспоминания моей мамы - 2.1 (еда)
4. Блокада: аутентичность понятия: документы из семейного архива - 1
5. Дама с собачкой по-блокадному
6. Мои сексуальные университеты-4: племя младое
Tags: бабуля, блокада, голод, документы, каннибализм, мама, медаль, собака, школа
Subscribe

Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 55 comments