olhanninen (olhanninen) wrote,
olhanninen
olhanninen

Category:

Блокада: аутентичность понятия: детские воспоминания моей мамы - 2.1 (еда)

Когда я спрашиваю маму, что больше всего ей запомнилось из ее блокадного детства, что она чаще вспоминает, или - какое ее воспоминание о блокаде ей кажется наиболее ярким, она всегда теряется, мямлит что-то вроде: "Но как ты не понимаешь, ведь это же не один день длилось, 900 же. И все по-разному. И мы же не просто страдали, геройствовали, - о геройстве как-то тогда даже не говорили, это теперь только, - мы же жили, был быт, уклад жизни, привычки, свои радости, горести, кого-то хвалили, кого-то ругали... Иначе, но... Нельзя так, взять что-то и выделить, много было странного на сегодняшний взгляд, вот я тебе и рассказываю; - а тебя не поймешь, то ты о деталях спрашиваешь, то - о самом главном, запоминающемся... Что же главное-то?.. Что ты хочешь от меня услышать?.."

Тогда я захожу с другого конца, - психоаналитического (гм). Спрашиваю маму, а... снится ли ей блокада и что конкретно. Мама опять в растерянности: "Нет, даже сразу после блокады ничего ТАКОГО, чтобы ужасного, блокадного не снилось. И в блокаду тоже. Мне иногда снится ужас. Всю жизнь, но иногда. Сам по себе. Ну, как тебе объяснить... такой щемящий, захватывающий, леденящий... когда задыхаешься... вроде я никогда больше его не испытывала в жизни, только тогда... иногда... когда бомбы... или голод... Но ничего конкретного, никаких событий. Может, это и просто так, а не из-за блокады в детстве...

Или еще вот, что... Но там как раз ничего ужасного нет, то есть ужаса не чувствую. Даже никакого совсем страха. Мне часто снится одно воспоминание. Ну, как часто?.. Порой несколько месяцев не снится... Не знаю, как часто... Иногда. Но очень четко. Слушай:.."

Далее я привожу это и другие мамины воспоминания, но писать от первого лица не о себе не умею, поэтому... от третьего, как и записала, когда она рассказывала, в том же порядке и дословно. От себя я ничего не добавила, кроме того, что в круглых скобках и... когда уж совсем не могла удержаться или чтобы пояснить, кто есть кто.


Итак, мамин пожизненный сон-воспоминание:

БЕЗЛЮДЬЕ.
Весной (март? начало апреля?) 1942 года мама после четырехмесячного лежания в кровати стала немножко выходить на улицу. Потихоньку.
Однажды, днем, она дошла до угла ул. Льва Толстого и Кировского проспекта.
Стоит посредине пл. Льва Толстого и удивляется - ни в одну, ни в другую сторону - от моста до моста - не видно ни одного человека ни на Кировском, ни на Большом. Машин тоже не было.
Только снег блестит на солнце, много снега, и так искрится корочка на чуть подтаявших сугробах, что глазам больно, а в сугробах - тропинки, посредине - колеи от машин.
Было очень тихо, безветренно и тепло.
Только слышалась капель, - больше ничего.
Она немножко постояла на солнышке и пошла домой, на Петропавловскую, - хоть и красиво, но скучно же, когда никого не видно.

Если у кого какие вопросы, то задавайте, пожалуйста: я маме звоню каждое воскресенье и в Питер поеду в июне или в июле.

САМОЕ СТРАШНОЕ ВРЕМЯ -
было зимой 1941-42 года. Когда все блокадное житье-бытье еще было неорганизованно, а довоенное уже не работало - водопровод, отопление, канализация, магазины. Люди себя чувствовали сами по себе.

Ночью лежишь, а не заснуть от голода. Какое-то странное состояние целыми днями - лежишь, вроде и не спишь, а дни идут... Так четыре месяца и пролежали.

Делили 125 грамм хлеба на три части - завтрак, обед и ужин. Прабабушка их хранила в жестяной коробочке от чая и выдавала маме, прадедушке и себе.
Мама сначала часто просила в неурочное время: "Бабушка дай хлебца, ну дай, ну пожалуйста..."
А у баб Дуни слезы так и текут, но она в ответ: "Нельзя детенька, нельзя, милая..."

ПОДКОРМКА ДЕТЕЙ.
Детям много внимания уделяли. Но это только с лета 1942 года началось. Когда уже работала Дорога жизни через Ладогу и в совхозах стали выращивать овощи - картошку, морковку, капусту. Многие попытались и в городе завести огороды, но бессмысленно - воровали: только посадишь, а тут же выкопают. Не сидеть же рядом с огородом сутки напролет. Мои и не пытались даже ничего выращивать.

На Ординарной была столовая, куда были прикреплены дети-дистрофики со всего района, у мамы была дистрофия 2-й степени. В столовой давали когда жидкую кашу на воде, когда суп с маленькими листочками капусты, морковки или крупой. Все вылизывали тарелки, а в столовую иногда заходил очень интеллигентного вида старик, длинный и тощий, одежда на нем болталась, как на вешалке, с бородкой и в пенсне, и тихонько просил: "Извините, можно я полижу Вашу тарелочку." - "Так я уже сама вылизала." - "Ничего страшного, я еще раз. Премного благодарен."
Приходило и много других с той же просьбой, но маме особенно запомнился этот, поскольку даже к маленьким девочкам он обращался на "Вы".

(Мужчины вообще тяжелее переносили голод, особенно старые. А других и не было.
Дедушка (мой прадедушка) тоже все время по ночам (а иногда и днем) плакал от голода, строго следил, чтобы мама с ним сковородку лизали по очереди (а на ней ведь и так ничего не оставалось)... Бабуля иногда тайком от него кинет маме в кровать кусочек сахара, а заговорщицки улыбнуться у нее уже и сил нет, только посмотрит, чтобы дочка незаметно от деда до рта донесла...)

Также в школе была столовая, куда дети организованно ходили классами, но она была хуже, чем на Ординарной - все жиже и меньше порции. Но иногда давали шроты (не путать со шпротами) - это белковые выжимки из каких-то растений, после блокады мама их не видела нигде...

ДВЕ НАВОЛОЧКИ СУХАРЕЙ. МИНИ-БАДАЕВСКИЕ СКЛАДЫ.
Сначала мама с бабушкой жили на Большом пр. Петроградской стороны д. 80, а когда в их коммуналке стали умирать соседи, то где-то к декабрю 1941 года они перебрались в однокомнатную квартиру прадедушки и прабабушки на первом этаже на Петропавловской улице, д. 6 (которую прадедушка переделал из бывшей булочной задолго до войны, практически сразу после революции). Новый 1942 год встречали уже там. (После войны все переехали обратно в коммуналку на Большой, - государство отобрало квартиру прабабушки и прадедушки под ЖЭК).

И вдруг обнаружилось ужасное. Еще до голода мамина бабушка насушила одну огромную наволочку (прабабушка всегда любила очень большие подушки, даже я помню, - она умерла, когда мне было 5 лет) белых сухарей, а другую - черных. Также, как запасла соли, сахара и спичек. Чуяла, наверное. Ведь пережила уже революцию, знала, что в войну еды много не бывает.

А мама с двоюродным братом Юрой, когда в сентябре 1941 года в школу ходить было не надо, частенько с друзьями забегали к своей бабушке, когда гуляли рядом или гостили. И ради баловства тайком перетаскали и съели все сухари. А в мешки, положили палочки, пустые коробки из-под спичек, тряпочки.

Когда голод начался всерьез, оказалось, что в обоих наволочках мусор, и только тоненький слой сухарей сверху.
Баб Дуня очень плакала, но маму не ругала. Она не умела (это даже я, маленькая хулиганка, тоже отлично помню, безответная она была какая-то, совсем морщинистая старушка всегда в темном, - запутаю ей шерсть для вязанья, когда она чай на кухне пьет, а она придет и только грустно гладит меня по голове: "Ну, ладно, ну, ничего, распутаем как-нибудь". Даже и не интересно, вот бабуля - та всегда много, громко ругалась, такое, бывало загнет, а слова все вроде приличные... А баб Дуня на нее только: "Что ты, что ты, милая, нельзя же так").

Так у нас в семейной истории образовались Бадаевские склады в миниатюре.

ДОМАШНЯЯ ЕДА.
Про ежедневные "125 блокадных грамм с огнем и кровью пополам" для детей и иждивенцев и про 250 грамм хлеба - для рабочих все знают. И что на хлеб сей продукт походил мало, вернее на тот, который ленинградцы знали до блокады (хлеб, конечно, бывает разный, в том числе и с отрубями, но мы же сравниваем с тем, к которому привыкли, а мокрый хлеб (для тяжести) - вообще нонсенс) - тоже. Поэтому пару слов о других видах блокадной еды.

Мамин дедушка до войны работал столяром, простым рабочим, даже в мастера идти отказался, когда его выдвигали, а не то что в партию вступать. (Ага, боялся разоблачительных партийных проверок замаскировавшийся под работягу бывший владелец краснодеревщецкой фабрики, поставщик мебели двора Его Императорского величества (не буду преувеличивать прадедушкины грехи: на дворцовую кухню и в подсобные помещения мебель поставлял во времена оны, не в парадные покои). Поэтому в доме (утянул с социалистического предприятия, подрабатывая на дому ремонтом мебели) было пару мешков столярного клея на костном бульоне. Его разводили, варили что-то вроде супа - каждый сам себе в бульон крошил свою пайку.

Когда эвакуировалась Военно-медицинская академия, где работала бабушка, ей (маминой маме) выдали мешок дуранды (корм для лошадей в плитках) и подопытного зайца. Их долго ели. Кости выварили несколько раз, потом растолкли и тоже съели.
Бабушка вместе с коллегами эвакуироваться не могла - один раз она уже отказалась эвакуировать маму (выше я писала про баржу с панамками), поэтому были какие-то бюрократические сложности, да и родителей взять с собой в эвакуацию было нельзя.
И бабуля устроилась рабочей на военный завод Макса Гельца, через Карповку, ныне Полиграфмаш, собирала пулеметы. Тут уже не до выбора профессии было, а чтобы рабочую пайку давали.

СЛАДКОЕ.
Сахар выдавали в пайке кусочками 0,5 см на 0,5 см.
Однажды кто-то позвонил в дверь, а мама не могла открыть - у нее сахар был за щекой, нужно было пить чай. Пока она медленно не допила чай, дверь открывать не пошла. А когда открыла, там уже никого не было. Так и не узнала, кто приходил.

ПОИСКИ ЕДЫ.
Соль жарили.
Весной собирали по всем садам и паркам лебеду, крапиву.
Осенью варили кофе из желудей.
В каждом магазине, где отоваривали продуктовые карточки, стоял кувшин с настоем из хвои - считалось, что он помогает от цинги.

Когда совсем вся еда кончилась, бабуля с мамой пошли на свою старую квартиру, где все соседи умерли, порыться, может, где-то что-то съестное сохранилось, и там, у кого-то в шкафчике нашли "миндальные отруби для белизны лица и рук".
Они уже ничего не соображали, ничего не видели, кроме слова "отруби". Вернулись к бабулиным родителям, испекли лепешки и все поели. А это же цианистый калий! Кровавый понос был, страшная рвота, но - выжили.

ФЕЯ-КРЕСТНАЯ ТЕТЯ ВЕРУСЯ.
Тетя Веруся, сестра маминого отца, навестила их в самое страшное время, сразу после Нового 1942 года. Принесла три горсти гречки и два замерзших гнилых яблока.

И в дальнейшем она тоже помогала моим родным, чем могла. А могла она мало, хоть и была главным бухгалтером совхоза Смольного (фрукты-овощи для верхушки партии). Потому что когда она выходила с работы, вахтеры их обыскивали, прощупывая одежду. (Где проносили еду, догадайтесь сами.)

МЕЧТЫ. СУЖЕННОСТЬ СОЗНАНИЯ.
"О чем мечтали?.. Ну, чтобы все кончилось, - нет, не так, не буду врать: вообще-то была какая-то суженность сознания. Все воспоминания о вкусненьком вроде пирожных куда-то пропали. Вернее, вспоминались как-то абстрактно - их не хотелось: наверное, не хватало воображения."

Но каждый день мама мечтала о том, что вот приедет с фронта брат Леша и привезет чемодан хлеба и чемодан булки... Об этих мечтах она не рассказывала даже друзьям, пришлось бы делить на всех, а - потом как? А вот если бы он привез больше, то она бы их точно угостила...

(Дядя Леша был командиром катюши (после за три месяца оконченного авто-мото училища). Он давал подписку, что если немцы окружат батарею, взорвать себя вместе с установкой. Он умер в 1952 году, в 28 лет. Дали себя знать три ранения, вот и кровоизлияние в мозг.)

Однажды, мама написала брату в письме, и что самое удивительное - дошло сквозь цензуру: "Не могу сидеть на стуле, болит попа - одни кости там".
Леша прочитал это письмо боевым товарищам, и солдаты плакали.

Мои посты про блокаду:
1. Блокада: аутентичность понятия: детские воспоминания моей мамы - 2.3 (разведчики, шпионы, пленные)
2. Блокада: аутентичность понятия: детские воспоминания моей мамы - 2.2 (не только еда)
3. Блокада: аутентичность понятия: детские воспоминания моей мамы - 2.1 (еда)
4. Блокада: аутентичность понятия: документы из семейного архива - 1
5. Дама с собачкой по-блокадному
6. Мои сексуальные университеты-4: племя младое
Tags: Россия, Санкт-Петербург, блокада, голод, документы, мама, медаль, школа
Subscribe
Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 74 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →